«Деньги и кредит (при капитализме и в СССР)»– яркий пример того, как весьма сложные проблемы можно излагать просто и понятно. Сейчас, увы, так не пишут. И вообще, интересно посмотреть на современную экономику из 1930 года. Как ни странно, почти ничего не устарело. Впрочем, за истекшие 80 лет и принцип работы двигателя внутреннего сгорания тоже не изменился. Главное же отличие в том, что упразднен золотой стандарт. То есть если смотреть на современные деньги из 1930 года, то таковыми они не являются вовсе, а считать их следует знаками денег. Иначе говоря, означающим без означаемого. В XIX веке все было просто. Золото – универсальная стоимость и мировые деньги. При покупке стоимость менялась на стоимость. И если даже оплата производилась бумажными деньгами, чеком, векселем – все равно подразумевалось золото. Первая Мировая Война потребовала колоссальных расходов, и все воюющие державы, понимая, что сохранение золотого стандарта вызовет неудержимою инфляцию и подорвет доверие к деньгам, просто отменили размен денег на золото. Инфляция, разумеется, все равно произошла. Но поскольку альтернативы «знакам денег» не было, то экономика не рухнула. Кстати, существует весьма популярная точка зрения, что корни инфляции сугубо монетарны. Если в экономике переизбыток денег, то цены растут. Это далеко не так. Вернее, это один из возможных вариантов инфляции. Но инфляция может иметь место даже и при неизменном количестве денег, если в силу каких-то причин падает производство. Или же резко увеличивается цена на какой-либо жизненно-важный товар. Неурожай, безусловно, вызовет рост цен на продовольствие. И по цепочке на все остальные товары. И никакие антиинфляционные меры не помогут, потому что с голода никто умирать не хочет. Если же при этом уменьшать количество денег в экономике, то она попросту станет бартерной. Победить инфляцию в данном случае можно только увеличением количества продовольствия, но никак не уменьшением количества денег. Существуют еще два вида инфляции. Та, которую как манну небесную ждут и не дождутся американцы, связанная с увеличением спроса и свидетельствующая об окончании кризиса, и та, от которой страдаем все мы. Это очень любопытная инфляция. Казалось бы, экономический кризис должен вызывать дефляцию. И это закономерно. Падение спроса вызывает и падение цен. Так оно и происходит в промышленно развитых странах. Но страны периферийного капитализма сталкиваются с инфляцией в её первоначальном, незамутненном виде. С той инфляцией, которая существовала в ХIX веке, и которая исчезла в промышленно развитых странах с упразднением золотого стандарта. Дело в том, что их валюты являются не деньгами, а лишь знаками денег. В XIX веке и ранее переизбыток бумажных денег при неизменном количестве золота порождал инфляцию. В XXI веке даже неизменное количество местных денег при уменьшении количества долларов вызывает инфляцию. Но инфляцию могло вызвать и увеличение количества золота. Так было в Испании, когда туда из открытой Колумбом Америки хлынуло золото. Так происходит и сейчас, когда из той же Америки льются доллары. А если импортируемая инфляция сопровождается падением производства, то ситуация получается совсем невеселая. Ей-богу, для всех постсоветских стран было бы гораздо лучше привязать свои валюты хотя бы временно к золоту, чем к доллару или евро. Это, конечно, большой шаг назад, но он дал бы хоть какую-то свободу рук и избавил от изнурительной и бесперспективной борьбы с инфляцией. Те же, кто опасаются инфляции в США в связи с нулевыми ставками и закачкой миллиардов долларов в финансовую систему, могут подождать. Это кредитные деньги. И прежде чем вызвать инфляцию, они должны стать инвестициями, должен быть произведен товар, и только после этого они могут вызвать какую-то инфляцию. Но не обязательно высокую. А если закачиваемые деньги не становятся инвестициями в основной капитал, если не растет производство, то единственное, что они могут сделать – это надуть пузыри на фондовом, товарном рынках. Поведение участников рынка, которое мы наблюдаем, очень напоминает поведение советских людей накануне либерализации цен. Тогда гребли все подряд, понимая, что завтра
цены вырастут, а деньги обесценятся. Сейчас гребут нефть, золото, акции, стараясь избавиться от падающего доллара. И, тем самым, заставляют его падать еще ниже. Но если реальное производство не начнет расти, то нас ожидает еще одна волна кризиса и сопутствующее ей падение цен. Кто-то на этом заработает, кто-то потеряет, но инфляции все эти игры не вызовут. Поскольку потребление не растет. Сторонники количественной теории денег, правда, так не считают, предпочитая складывать бузину в огороде и дядьку из Киева.
Отмена золотого стандарта привела к тому, что деньги лишились важнейших своих свойств. Они перестали быть сокровищем и мерилом стоимости. Уход в кэш стал, по большому счету, невозможен. Но возникает вопрос: как функционирует капиталистическая рыночная экономика, если деньги лишились важнейших своих качеств. Если этого не понять, то непонятно вообще ничего. Как ни странно, но ключ к этой загадке дает устройство экономики советской. Вплоть до 30-х годов устройство банковской системы СССР мало чем отличалось от устройства банковских систем капиталистических государств. Правда, банки были государственными, но действовали они по сугубо рыночным законам. Был и советский червонец отчасти обеспеченный золотом. Но по сути это был не рынок, а, скорее, игра в рынок. С началом индустриализации привязка рубля к золоту была ликвидирована, и возникли два рода денег: деньги инвестиционные, обеспеченные материальными ресурсами и деньги наличные, которые выдавались в качестве зарплаты, и которые можно было обменять на товары. Первые деньги нельзя было обналичить. Таким образом ликвидировалась угроза инфляции. А вторые нельзя было превратить в капитал. Государство следило за тем, чтобы количество наличных денег соответствовало товарной массе, и за тем, чтобы инвестиционные деньги были обеспечены материальными ресурсами. Правда, на практике это получалось не всегда хорошо. А зачастую, и очень плохо. Но это отдельная тема. Огромным достоинством данной системы было то, развитие экономики не сдерживалось недостатком денег. Денег можно было эмитировать ровно столько, сколько было необходимо для развития экономики с учетом имеющихся материальных ресурсов. Американцы пошли приблизительно тем же путем (как шли – это отдельный вопрос), и в результате добились того, что инвестиционный доллар стал обеспечен всеми мировыми ресурсами. И одновременно стало возможным стимулировать потребление, эмитируя наличные доллары. Другое дело, что никакая кредитная экспансия не может предотвратить кризисы перепроизводства. С чем мы, собственно, и столкнулись. Теперь остается только ждать. Трудно сказать, помогут ли меры, применяемые ФРС, ускорить выход из кризиса. Пока они способствуют надуванию пузырей. В общем, поживем – увидим.